Вокруг да около Смоленской АЭС. Десногорск. (kirlish) wrote,
Вокруг да около Смоленской АЭС. Десногорск.
kirlish

Categories:

Коняты. Конёнков. Маргарита. Эйнштейн.

   Этот рассказ начну с того, как мы обнаружили заброшенную ЖЕЛЕЗНУЮ ДОРОГУ. История о ней будет продолжена, но самое интересное, что эта находка положила начало другой истории.
    Путь наш в тот раз лежал через деревню Коняты. Тянулась она бесконечно долго вдоль дороги… А основали эту деревню в Смоленской области пятеро братьев Конёнковых. Родственники знаменитого скульптора Конёнкова.
    И вот история, которая во времени длилась более ста лет. От дня рождения великого скульптора Сергея Конёнкова и до дня смерти его жены Маргариты. С 1874 по 1980 год.
     …Вели самостоятельно свое хозяйство 5 братьев Коненковых: Сергей, Николай, Антон, Андрей, Петр. Жили они все со своими семьями в километре от Савеево в деревне, которая до сих пор называется Коняты, а лес за древней – Конячий. Сергей имел в Савеево 2 магазина и совместно с Недосекиным построил сельскую школу, которая сгорела во время Великой Отечественной войны.
Жили Коненковы очень крепко, имели свою маслобойку, локомобиль. Локомобиль драл щепу, которая шла для покрытия крыш домов. Продолжалась эта размеренная крестьянская жизнь до весны 1928 года. Предупрежденные кем-то о раскулачивании, братья Коненковы, оставив все хозяйство, имущество, в одночасье ночью покинули деревню и уехали в Москву.
     Может быть удастся проследить их дальнейшую судьбу, но сейчас рассказ не о них. Всего в 15 километрах от нашего города Десногорска - родина Конёнкова, деревня Верхние Караковичи. В неё мы скоро пойдём. И рассказ об этом путешествии будет продолжением сегодняшней истории о невероятной судьбе известного скульптора Сергея Тимофеевича Конёнкова и его жены Маргариты.

   ...Крестили младенца — сына Тимофея и Анны Коненковых — неделю спустя после рождения, в Сергиев день. Имя преподобного Сергия — вдохновителя великой битвы на поле Куликовом, мудрого радетеля за землю русскую — пришлось впору появившемуся на свет 10 июля 1874 года по новому стилю в деревне Караковичи Ельнинского уезда крестьянскому сыну из рода Коненковых.
Прадед Иван Сергеевич в грозную пору нашествия Наполеона на Россию партизанил в Ельнинских лесах. Человек недюжинной силы, исполин и в труде, и в ратном деле, он остался в памяти земляков. Жил Иван Сергеевич в деревне Нижние Караковичи. Двор его — крытая соломой, топившаяся по-черному хата с лепившимися к ней хозяйственными постройками — стоял вблизи родника на краю неглубокого оврага. Светлый ручеек, пробежав с полсотни шагов, вливался в Десну. Ивана Сергеевича помнили как главу рода, решившего выйти из крепостной зависимости задолго до реформы 1861 года. Коненковы были крепостными неких господ Лавровых. С просьбой дать откупную от имени многочисленной, в сорок душ, семьи обратились к помещику два брата — старейшины рода Иван и Артамон. Лавров, нуждаясь в деньгах, согласился продать своим крепостным по пяти десятин на душу, на сорок душ получалось всего двести десятин земли, и посулил в скором времени дать вольную. Добрый десяток лет прошел, пока дождались воли. Помимо хлебопашества и прочего деревенского труда, Коненковы вязали плоты, спускали их по Десне до Брянска и продавали там купцам-лесопромышленникам.
Работящая, многолюдная семья накопила кое-какие деньги, но тридцати тысяч ассигнациями, которые надо было уплатить помещику за землю, не набралось. Из года в год вынуждены были выплачивать Лавровым долг натуральными крестьянскими продуктами. С выходом на волю из крепостной зависимости связано появление фамилии Коненковы. Получив двести десятин, Ивановы и Артамоновы (по имени старших одна ветвь семьи звалась Ивановыми, а другая — Артамоновыми) основали новую деревню Верхние Караковичи. Плотников нанимать было не на что — взялись за топоры сами. Лес на стройку от Десны вверх по косогору таскали на себе. Молодежь в семье была сильная, работала дружно. Крестьяне окрестных деревень дивились:
— Вот так ребята! На что им и кони! Они сами как кони.
     Дом Конёнковых.


   Отсюда и повелось прозвище новоселов: Кони. А дети их — Конята, Конёнки, Конёнковы. По Десне издревле жили славяне, кривичи. Жители Караковичей унаследовали их черты. Рослые, сильные, накрепко привязанные к родной земле — живое воплощение могучего и незлобивого славянского характера. Деревенскими соседями прадеда Ивана Сергеевича Коненкова были Волковы, Медведевы, Самсоновы. Прозвища, ставшие фамилиями, говорят о волчатниках и медвежатниках, богатырях под стать легендарному Самсону. Помнили в Караковичах Нижних и Верхних, что в древности здесь проходил знаменитый водный путь «из варяг в греки». С тех давних пор по берегам Десны стоят насыпные курганы-могильники. В более поздние времена на вершинах курганов, предупреждая об опасности, зажигали сторожевые огни.
     Художник в Коненкове заявил о себе очень рано. От трех до пяти все рисуют забавно и трогательно. Сергей еще в дошкольном возрасте умело распоряжался линиями и красками, комок глины от прикосновения его пальцев становился птицей или зверушкой. Глиняных ворон и зайцев он сажал на плетень, на просушку. Деревенские дивились: «Ишь ты — лепило!» Радовался, глядя на умение сына, Тимофей Терентьевич, сам — мастер золотые руки.
     Когда разросшейся семье стало тесно на коненковском дворе, Тимофея Терентьевича с женой и детьми на семейном совете решили отделить. В двенадцати верстах от Верхних Караковичей, в селении Холм, купили крестьянскую усадьбу. Место тихое, глухое, вокруг леса.
     Однажды в доме появился богомаз. Рассматривая золоченый резной киот, подаренный теткой-помещицей Марией Федоровной Шупинской, он стал уговаривать отца написать для киота «Тайную вечерю». Отец согласился. Мальчик с жадностью наблюдал за работой иконописца. Сергей узнал от него имена изображенных на иконе: Матфей, Фома, Иоанн. С ужасом смотрел на Иуду. Подражая богомазу, шестилетний Сергей принялся рисовать апостолов.
     В Холме на семью обрушилось страшное горе — при родах умерла Анна Федоровна Коненкова. Тимофей с шестью малолетними детьми вернулся в Караковичи. Тут-то и сказалась сила коненковской патриархальной семьи: как труд, так и горе в ней делили на всех.
     Каждую субботу или накануне церковного праздника вечером вся семья собиралась в горнице. Читали акафист, пели молитвы.
Возможно, потому что чаще других читалась церковная хвалебная песнь Божьей Матери, прежде всего мальчик стал рисовать Богоматерь. Рисовал ее такой, какой видел на иконах. Затем принялся изображать и других святых. Стал он рисовать и виденное в жизни. Рисовал коров на дверях коровника, лошадей на воротах и заборах. На дощатых перегородках и тесаных бревенчатых стенах коненковского дома появлялись сцены из сказок, фантастические существа. Однако старшие особенно одобряли рисование икон. Дядька Андрей специально для этого стал давать Сергею бумагу и карандаши. Писавший «Тайную вечерю» богомаз, покидая дом, оставил мальчику сухих красок и золота. И теперь иконы он рисовал карандашом и писал красками. Жители Караковичей выпрашивали у Сергея эти изображения, чтобы повесить в Красном углу. Караковичские мужики на одном из сходов решили в складчину нанять учителя и открыть школу. Рассудили: побольше грамотных — поменьше дураков, хотя кое-кто сомневался в пользе грамоты для крестьянина, дескать, грамотей не пахарь. Под классное помещение сдал горницу Семен Безобразов. Поставили столы и скамейки — вот и школа готова. Первым школьным учителем Сергея и его сверстников из деревни Верхние Караковичи стал монах-расстрига, отставной солдат царской службы Егор Андреевич. Так и будет по имени-отчеству называть Коненков первого своего учителя.
     Случай позволил Сергею Коненкову продолжить учебу. Соседние помещики Смирновы, надумав готовить своего сына для поступления в Рославльскую прогимназию, стали подыскивать ему товарища. Им назвали Сергея Коненкова из Верхних Караковичей как подающего надежды ученика.

   Рославльские встречи, культурная среда этого древнего русского города на Смоленщине много дали для формирования личности Коненкова. К моменту окончания гимназии сложился его характер, окрепло желание учиться в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. От Дмитрия Полозова он узнал о том, что требуется от абитуриента на вступительных экзаменах. Испросив согласие дядьки Андрея, пригласил в Караковичи Георгия Ермолаева — товарища Дмитрия Полозова по Училищу живописи, ваяния и зодчества. Под руководством Ермолаева и Полозова, который тоже вскоре появился в Караковичах, Сергей стал усиленно готовиться к экзаменам, делая упор на рисование. У знакомого помещика Броневского был взят бюст Шиллера. Коненков рисовал с него, старшие товарищи поправляли, показывали технические приемы.
Летом 1899 года он снова на родине. С большой охотой плотничает, косит, помогает по хозяйству. В сарае-мастерской затевает новую работу — композицию «Пильщики». Позировать для композиции будут свои — родня, соседи. Стал думать, как устроить вращающийся станок для огромной, пудов на двести, скульптурной группы. На помощь пришел отец. Тимофей Терентьевич прикатил откуда-то четыре чугунных колеса, приладил их к концам двух перекрещивающихся под прямым углом бревен, посадил этот крест на вертикально стоящую железную ось, покрыл сверху досками, и получился вращающийся помост, лучше которого и желать было нельзя. Работа пошла.
     А это его воспоминания по возращении на родину в 1945 году.
     «Покинув Америку, я привез с собой много работ, выполненных за рубежом. Я вернулся домой через Владивосток. Никогда не забыть перрон Ярославского вокзала, на котором собрались друзья. Еще из вагона я увидел добрые лица встречающих. Шел снег. Хотелось обнимать и целовать каждую снежинку... И вот я снова в Караковичах. Все кругом "пожечено", как говорят в нашей местности. Много перенесла в веках наша многострадальная смоленская земля, но никогда еще она не знала такого варварского опустошения. На месте веселой деревни - одни головешки.
     Земляки мои ютились в землянках. И следа не осталось от моей мастерской. Погибла большая, многофигурная композиция "Пильщики", которую в свое время из-за ее огромных размеров я не мог вывезти в Москву и оставил в сарае в Караковичах."Пильщики" - одна из моих первых работ. В ней я изобразил простых людей, живших рядом со мной. Это они рубили и ставили избы, разрушенные фашистами. На моих глазах новые пильщики начинали поднимать жизнь. Инвалиды и вдовы рассказывали мне о том, что видели и пережили, о дорогих и близких, "побитых" на войне. В одной из землянок я встретил своего сверстника, друга детства, сына кожемяки Илью Викторовича Зуева. Вместе с ним мы сидели рядом в деревенской школе, водили указкой по букварю. И вот снова мы рядом. В руках Викторовича гармошка, а в глазах молодой и задорный огонек - будто и не состарился. Это и его руками поднимался колхоз... Я снова взбирался на кручи, сидел над Десной и думал о том, что нигде в мире нет такой неистощимой красоты. Никакая прославленная Венеция на мутных лагунах, никакие версальские парки не сравнимы с нашими дубравами и необъятным вольным простором.»


   В начале прошлого века его называли русским Роденом. Перед революцией 1905 года Коненков изваял скульптуру "Самсон, разрывающий узы". Царские власти узрели в библейском персонаже намек на пролетариат - бедного Самсона уничтожили. Октябрьский переворот 17-го русский Роден принял с восторгом. Встречался с самим Ильичом. Что не мешало вести богемный образ жизни.


Его мастерская стала модным светским салоном. Здесь бывали известные писатели, поэты, художники. Тот же Есенин считал мастерскую Коненкова своим вторым домом, приводил сюда Айседору Дункан. "Я русский скульптор, - писал позже Коненков другому вождю - Сталину. - Жил и работал в Москве. Работы мои имеются в музеях Москвы, Ленинграда, Смоленска, Казани, Симбирска... На Кремлевской стене около Мавзолея Ленина - мемориальная доска "Павшим в борьбе за мир и братство народов", а в Музее революции на бывш. Тверской Стенька Разин с ватагой - мои работы. В Америку выехал легально с выставкой русских художников в декабре 1923 г.".
Наверное, чтобы быть женой такого человека, как Сергей Тимофеевич Конёнков – всемирно известного скульптора, – надо быть, по крайней мере, интересной личностью.Именно такой и была Маргарита Конёнкова, жена выдающегося скульптора. Кроме того, глава советской разведки Павел Судоплатов называл Маргариту Конёнкову одним из самых эффективных агентов советских спецслужб.      До сих пор личные дела супругов Конёнковых не рассекречены.



   Маргарита Ивановна Воронцова родилась в 1894 году в провинциальном городке Сарапуле, в семье обедневших дворян. В доме родителей она получила очень хорошее образование – свободно владела английским и немецким языками. В 1915 году Маргарита переехала для дальнейшей учёбы в Москву и легко влилась в московское общество. Большую часть времени она проводила в доме Шаляпиных, где познакомилась и с композитором Рахманиновым, и со многими другими замечательными людьми. Эта девушка обладала особым даром очаровывать выдающихся мужчин. Злые языки утверждают, что и Сергей Рахманинов страстно добивался расположения Маргариты. А стремительный роман с Федором Шаляпиным подтверждают очевидцы.
В 1916 году предстояла её свадьба с молодым скульптором Петром Бромирским. Тот, будучи большим приятелем Конёнкова, показал ему фотографию своей невесты. И Конёнков попросил познакомить их. «Девушка на фотографии была так прекрасна, что показалась мне творением какого-то неведомого художника. Особенно прекрасен был поворот головы. И необыкновенно красивые руки, с тонкими изящными пальцами были у девушки на фотокарточке. Таких рук я не видел никогда!» – вспоминал впоследствии скульптор Сергей Конёнков. Знакомство состоялось, и Конёнков увлёкся этой девушкой из провинции, хотя и был старше её на 22 года. Маргарита вскоре переступила порог его мастерской и на шесть следующих лет стала его музой, моделью и гражданской женой. Родители отказали в руке дочери маститому художнику из-за большой разницы в возрасте. Но в 1922 году Маргарита Ивановна и Сергей Тимофеевич всё-таки стали официально мужем и женой. В конце 1923 года супруги Конёнковы выехали в США для участия в выставке русского и советского искусства в Нью-Йорке. Так их миссия значилась официально. А было ли у них тогда неофициальное задание, достоверно неизвестно. Предполагалось, что поездка эта продлится всего несколько месяцев. Однако возвращение на родину состоялось только через 22 года. Конёнков и за границей вёл богемный образ жизни. Представляете, идет по Нью-Йорку русский богатырь с лохматой головой, окладистой бородой. А на шее вместо воротника - живой кот! Чудак! Скупал пеньки, поваленные бурей в Центральном парке Нью-Йорка деревья и превращал в сказочную мебель. Нью-йоркская мастерская стала модным салоном уже для эмигрантов и западных интеллектуалов. А Маргарита, со вкусом одетая, образованная, свободно владеющая английским, с прекрасными манерами, она опять, как и в своё время в Москве, с лёгкостью влилась в американский высший свет. Первое время скульптора ждал успех. Популярным портретистом своего супруга сделала Маргарита. Она обеспечивала бесконечные выставки, дорогие заказы. Конёнков не любил работать без жены: секретом его шедевров были как бы ожившие лица героев. Этого добивалась Маргарита, разговаривавшая с моделями во время сеансов, она ведь прекрасно говорила на английском.

  …Познакомилась с Эйнштейном Маргарита следующим образом.
В 1933 году, когда Гитлер пришел к власти, Эйнштейн отказался от должности профессора в Берлине и принял предложение Института передовых исследований в Принстоне (штат Нью Джерси). Вскоре дирекция института решила заказать скульптурный портрет своего великого сотрудника у знаменитого русского скульптора Сергея Конёнкова. В доме мастера Альберт и познакомился с его 35-летней женой Маргаритой. Они подружились, а после нескольких встреч сблизились. Эйнштейн был очарован этой женщиной. Конёнкова не была красавицей, но у неё было особенное лицо: лучистые зелёные глаза, светлые волнистые волосы,. Она буквально притягивала к себе людей. Маргарита вызывала такое доверие, что ревнивый муж, на глазах которого она крутила романы, считал, что супруга верна ему. А Маргарита Ивановна никогда не придерживалась строгих правил. Эйнштейн же был знаменит и пользовался успехом у женщин.
     …Было девять часов утра, когда удивленный Сергей Коненков увидел на пороге собственного дома Эйнштейна. Ученый, не поздоровавшись, обошел хозяина и сразу направился в кухню. Увидел Маргариту, и в голове у него затуманилось. Молча подошел к женщине, которая уже неделю не оставляла его мыслей и вдруг … поцеловал. Потом он долго и неуклюже просил прощения за свой поступок перед обескураженным Коненковым. А красавица Маргарита с трудом сдерживала улыбку. Новоиспеченные любовники настолько стремились как можно больше оставаться вместе, что решились на грандиозную авантюру. В то утро скульптор Сергей Коненков получил тревожное письмо от семейного врача — Маргарита серьезно больна. В конверте были документы об анализах. Медик настойчиво советовал мадам Коненковой длительное пребывание в благоприятном климате ближайшего курорта. Скульптор, ничего не подозревая, сразу же отправил жену в санаторий. Коненков не мог и предположить, что Марго и Альберт Эйнштейн подкупили врача и уговорили написать это письмо.


   Влюбленные сами удивлялись, как решились на такую дерзкую ложь. Но зато во время вымышленного Маргаритиного лечения они имели возможность быть вместе на тихоокеанском побережье. Это были самые счастливые месяцы в жизни обоих. Они чувствовали себя уютно и спокойно. Изящная Маргарита и чудаковатый гений Эйнштейн были совсем не похожи, но при этом, казалось, созданными друг для друга. Они были невероятно счастливы вдвоем.
Конёнкова бывала в доме Эйнштейна, когда там собирались физики. Именно она на одном из сборищ услышала, что ведутся работы над созданием атомной бомбы, и передала эту информацию в СССР. Во время Второй мировой войны в Америке было создано Общество помощи России. Маргарита Конёнкова снова оказалась в самом центре внимания. Сергей Рахманинов, Михаил Чехов и многие другие именитые эмигранты из бывших российских граждан, этнических русских и евреев вошли в состав Общества. Сергей Конёнков был избран членом Центрального совета, а Маргарита стала его руководящим секретарем. Популярность Маргариты вновь возросла, портреты замелькали в американской прессе. Она стала вхожа в самые высокие круги общества, познакомилась со многими американскими влиятельными политиками и бизнесменами. В числе её близких знакомых оказалась Элеонора Рузвельт – жена президента.
     Генерал-лейтенант Павел Судоплатов. В своей книге "Разведка и Кремль" он писал: "Жена известного скульптора Коненкова, наш проверенный агент,... сблизилась с крупнейшими физиками Оппенгеймером и Эйнштейном. Сумела очаровать ближайшее окружение Оппенгеймера. Уговорила его взять на работу специалистов, известных своими левыми убеждениями, на разработку которых уже были нацелены наши нелегалы и агентура..." Словом, модный салон знаменитого скульптора-невозвращенца был лишь прикрытием. А советская разведчица Маргарита Коненкова сыграла важную роль в раскрытии секретов атомной бомбы.»
В 1945 году чета Коненковых со всем имуществом уехала в СССР. Сборы были непростыми, потому что зафрахтованный Москвой пароход ожидал их в гавани Сиэтла. Все вещи и содержимое мастерской скульптора на нескольких большегрузных машинах нужно было отправить на западное побережье США. Затем предстоял морской рейс во Владивосток, а оттуда – поезд до Москвы. Расставание с любимой для Эйнштейна было непередаваемо тягостным. Ибо он понимал, что расстаются они навсегда, что уходит любовь, единственная в его жизни, что впереди его ждет одиночество.
     В сущности, так и произошло. Конечно, великий ученый работал над своими научными проблемами до последних дней. Но любимую забыть он не мог. В письмах называл Маргариту «Любимейшая», с этого обращения и начинал писать ей.
     Строки из разных его писем в Москву:
     «...Я совершенно запустил волосы, они выпадают с непостижимой скоростью. Скоро ничего не останется. Гнездышко тоже выглядит заброшенно и обреченно. Если бы оно могло говорить, ему нечего было бы сказать сегодня. Я пишу тебе это, накрыв колени альмаровым одеялом, а за окном темная-темная ночь...»
     «...Я пишу это на нашем полукруглом диване, и все осталось точно так, как было во время твоего последнего посещения. Только зеленый стул перенесли с веранды сюда, для посетителей. Плед лежит рядом, а не укрывает меня - в комнате тепло. Прекрасная трубка, незаменимый словарь и много других принесенных тобой вещей приветствуют тебя. Целую. Твой Аль».
     «...Я самостоятельно помыл голову, но не так хорошо, как это получалось у тебя. Я не так прилежен, как ты. Но и помимо этого все мне напоминает о тебе: шерстяной плед, словари, прекрасная трубка, которую мы считали погибшей, а также много других вещей в моей келье, ставшей одиноким гнездом...»
     «Любимейшая! Сад стоит во всем своем весеннем наряде и говорит о твоем отсутствии. Точно так же об этом говорят гнездышко и все твои вещицы, которыми я себя окружил. Я радуюсь вещам, которые ты мне передала и которые составляют мое окружение...»
     Биограф Эйнштейна К. Зелиг пишет:
     «Она уехала - и жизнь его кончилась. Ведь Эйнштейн, узнав о своей смертельной болезни, аневризме аорты, и понимая, что от смерти его может избавить только операция, от нее отказался. Наотрез. Хотя спокойно пошел в свое время на операцию с желчным пузырем... Он умер 18 апреля 1955 года. Еще одна трагедия - сжег весь свой архив, сказав удивительные слова: «Миру будет лучше без этих знаний...» Он и себя попросил сжечь, а прах развеять. А все свое имущество завещал, кому б вы думали? Своему секретарю. Просто за ее многолетний труд? Но известно, что Элен Дюкас не раз вызывали на допросы в ФБР. И она ни разу, ни словом не обмолвилась о Маргарите, хотя возлюбленная Эйнштейна жила в их доме. Тут задумаешься...»
     …Они стояли и молча смотрели друг на друга. Оба не верили, что это конец. Для Маргариты путь в США отныне закрыт навечно. А Эйнштейн никогда не сможет приехать в Советский Союз, так как Сталин ненавидит его за политические взгляды. Из глаз ученого текли слезы, когда он надевал на руку возлюбленной последний подарок — свои золотые часы. Они больше никогда не увидятся…





   Марго пережила Эйнштейна и своего мужа. Эта харизматичная женщина была отмечена любовью многих великих мужчин.
В 1980 году, в центре благополучной Москвы, Маргарита Коненкова умерла от истощения. Последние годы она была прикована к постели и жила под опекой жестокой домработницы, для которой прошлая жизнь Коненковой была предметом жгучей зависти. Домработница воровала драгоценности, портила дорогую одежду. Она откровенно издевалась над беспомощной хозяйкой, сполна удовлетворяя пролетарскую ненависть. «Барыню» домработница кормила селедкой с черным хлебом на газете вместо скатерти: «Пофорсила, и хватит! Теперь мы с тобой ровня». Будила спящую Маргариту только одним способом — зажигала перед лицом бумагу. Зная, что Коненкова не переносит спиртное, насильно вливала в нее коньяк. А однажды состригла брови. Маргарита сознательно отказалась от пищи и умерла от истощения.
     И все же остается загадка. Иные возвращались в СССР прямиком в тюрьму. Или сразу к стенке. Почему Сталин заинтересовался Коненковыми? Похоже, дело в самом скульпторе. Его архивах, работах, которые вождь поручил вернуть на родину. Коненков ведь за океаном не только ваял, рисовал да жене-разведчице помогал. Он еще занимался теософией, пророчествами. В это мистическое чудачество русский бородач ударился в середине 30-х. Виновата, говорят, Маргарита. Привела к мужу какого-то сектанта-евангелиста, и тот в одну ночь обратил далекого от религии Коненкова в свою странную веру. Отклонив выгодные заказы, он страстно принялся изучать Библию, древние трактаты, труды астрономов, теологов прошлых веков. Особенный интерес проявил скульптор к "Апокалипсису" - Откровению Иоанна Богослова, где содержатся пророчества о конце света и Страшном суде. Сергей Тимофеевич тоже взялся за расшифровку. Ища разгадку не только в самой библейской книге, но и в пропорциях храма Соломона, пирамиды Хеопса... По его данным выходило, что конец света начался в 1874 году. И это некий длительный процесс, сильно растянутый во времени. Когда закончится, не сообщил. Знакомые скульптора были уверены, что ответ зашифрован в его работах. Он же не только в Библию пристально вглядывался. Но и в космос. На карту звездного неба наложил карту Земли. Рисовал странные космические картины. Не расшифрованные до сих пор. Потомкам мастер завещал полвека их не показывать…


  Свои пророчества-предупреждения посылал "брату во Христе" Сталину, сопровождая письма загадочными рисунками и фотографиями. Предупреждал, что надо готовиться к войне с Гитлером, несмотря на договор о мире.
Письма читать сложно. Много аллегорий, ссылок на Библию. Сталина он называет библейским царем Навуходоносором, Красную Армию - Армией Божьей, а Гитлера - Гогом, предводителем войск Сатаны. Захватив Европу, Гог ринется на СССР… В архивах сохранилось несколько его писем вождю. Неизвестно, читал ли их Сталин. Но наверняка знал о мистических занятиях Коненкова. Возможно, поэтому и решил вернуть бородатого пророка назад в Москву - под присмотр чекистов. Вдруг действительно что-то откроет. Дал Сталинскую премию… Коненков намного пережил Сталина, Берию и даже Хрущева. Напророчил себе сто лет жизни. Не дотянул два с половиной года. В пророчество вмешалась роковая случайность. Союз художников СССР решил сделать ветерану подарок. Отправил в санаторий. Коненкова помыли в ванне. Пока доставляли в номер, его продуло. Много ли старику надо? Началось воспаление легких. Он скончался в 1971 году. А в 1980-м умерла Маргарита Ивановна Коненкова, советская разведчица. Ей было 85.
     О чем Конёнков писал Сталину.
     Chicago 3 марта. 1940 г.
«Дорогой брат Сталин! Писал Вам письмо в январе 1939 г., предостерегая Вас, что в недалеком будущем все капиталистические государства нападут на вас (на С.С.С.Р.). Но Вы даже мне не ответили, хотя бы в двух словах. И потому-то именно, что Вы сигнорировали мое предостережение, Вам посланное, вы имели неудачу в малой Финляндии...»
     14 iюля 1940 г.
«Дорогой брат Iосиф Виссарiонович!
Вновь предупреждаем Вас, так как час близок. У Вас там будет великое смятенiе и замешанiе и мы должны Вас уведомить о том.
В предстоящих 4 годах (от 1941 и по 1944) все царства будут уничтожены. Сатана поставил Гога (Гитлера). И чудесами, которыя дано было ему творить пред зверем, он обольщает живущих на земле...
На весну 1941 года сбудется следующее. Да, там, в земле Израилевой (в Россiи) будет разруха, великое потрясенiе. Армiя Божiя (Красная Армия) будет воевать с Армией Сатаны, которая также будет весьма велика, но которая будет побеждена. Битва будет до 1944 г. Затем придет анархiя и будет до 1946".
     Точного количества работ Коненкова никто не знает. Исследователи называют очень разные цифры – от 800 до 1,5 тысяч
Маргарита Коненкова пережила своего мужа на девять лет. Уже после ее смерти среди газетных вырезок обнаружились несколько забавных рисунков, выполненных "вечным пером", испещренные формулами листы и сонет на немецком языке, подписанный инициалами "А. Е.". Не узнать характерный почерк Альберта Эйнштейна было просто невозможно. Листы с математическими выкладками атрибутировали достаточно легко - один из вариантов теории относительности. Но поскольку прочитать сонет никто не смог, находки скопом были переданы на хранение в архив Академии наук СССР.
      Годы спустя проблемы с переводом сонета испытали и "настоящие" немцы - "язык Эйнштейна не совсем немецкий". Только в 1993 году удалось до конца прочитать это удивительное признание в стихотворной форме. После некоторой поэтической обработки оно оказалось еще изящнее:
Две недели томил тебя
И ты написала, что недовольна мной
Но пойми - меня также мучили другие
Бесконечными рассказами о себе
Тебе не вырваться из семейного круга
Это наше общее несчастье
Сквозь небо неотвратимо
И правдиво проглядывает наше будущее
Голова гудит, как улей
Обессилили сердце и руки.
Приезжай ко мне в Принстон
Тебя ожидают покой и отдых
Мы будем читать Толстого,
А когда тебе надоест, ты поднимешь
На меня глаза, полные нежности,
И я увижу в них отблеск Бога
Ты говоришь, что любишь меня,
Но это не так.
Я зову на помощь Амура,
Чтобы уговорил тебя быть ко мне милосердной.
А.Е. Рождество. 1943 г.

Tags: память
Subscribe

Posts from This Journal “память” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments