Вокруг да около Смоленской АЭС. Десногорск. (kirlish) wrote,
Вокруг да около Смоленской АЭС. Десногорск.
kirlish

Categories:

Село Нахимовское. Адмирал П. С. Нахимов.

Павел Степанович Нахимов родился 5 июля 1802 г. в сельце Городок, что на Смоленской земле. Но детство его прошло в селе Волочек, недалеко от места его рождения на высоком берегу Днепра. Погиб спустя 53 года во время сражения за Севастополь. Смоленск и Севастополь... Враги брали эти города. И раз за разом проклинали тот день, когда решались ими овладеть. Редкая наша победа так воодушевляет, как эти поражения. С 21 сентября 1609 года по 3 июня 1611 года армия польского короля Сигизмунда осаждала Смоленск. За это время успела рухнуть держава, а город стоял непобежденный. Защитникам показывали свергнутого монарха - Василия Шуйского, поясняя, что сопротивление бессмысленно. Что никто их не накажет за его прекращение. Что помощи ждать неоткуда. Поляки полагали - перед ними рабы, которые дерутся по приказу. А перед ними были - русские. Поляки трижды врывались в город и трижды откатывались назад. Население Смоленска сократилось в десять раз. Но вот враги начали одолевать. Тогда горсть наших бойцов заперлась в соборной церкви во имя Пресвятой Богородицы, а затем взорвала под собой пороховые погреба. Воеводу Шеина спросили, зачем все это, кто убедил его драться до конца. Ответ был спокоен и прекрасен: "Никто особенно. Просто никто не хотел сдаваться". Никому из поляков не хотелось более идти на Москву, где засели их товарищи. Изможденные, они побрели обратно на Запад.
   Вот какая земля родила Нахимова и четверых его братьев, ставших военными моряками. Окончив кадетский корпус, он, один из лучших, был произведен в мичманы. В 1818 году на фрегате "Крейсер" отправился в кругосветное плавание под командой адмирала Михаила Петровича Лазарева. Того самого Лазарева, который вдвоем с Беллинсгаузеном открыл в океане ни много ни мало, а целый континент - Антарктиду. Нахимова он любил как сына, дав ему лаконичную характеристику: "Чист душой и любит море".
До тринадцати лет Нахимов жил в Волочке, ныне село Нахимовское, и как с верхней палубы корабля смотрел на бескрайнее зелёное море.


Наша поездка в Нахимовское состоялсь благодаря Галине Яковлевне Цветковой и Нине Викторовне Борисовой. В Нахимовском же нас ждали добрые сударушки, местные жительницы, которые и рассказали много интересного, исторического, и накормили. Приняли нас тепло и радушно, с чаепитием! И особый поклон Алёхиной Валентине Фёдоровне. Она настолько интересно, увлечённо рассказывала о прошлом Нахимовского, с любовью и теплом! И когда уже возвращались назад, я думал о том, что напишу об этой поездке в Нахимовское. Конечно, очень бы хотелось найти воспоминания адмирала Нихимова о его родине. Поэтому я решил вместе с фоторассказом о Нахимовском привнести частичку воспоминаний об адмирале Нахимове его современников.
   Единственное сохранившееся здание флигеля с тех давних времен. Сейчас в нём расположен Нахимовский СДК и музейная экспозиция в память о легендарном земляке.



В жизни Нахимова будет немало побед. Он отличится в Наваринском сражении 1827 года, блокирует Дарданеллы в ходе русско-турецкой войны 1828-1829 годов, одержит блестящую победу в Синопском сражении 1853 года во время Крымской войны, будет до последнего вздоха защищать Севастополь. В 1818 году один из лучших выпускников Московского кадетского корпуса в Санкт-Петербурге, Павел Нахимов был зачислен в Петербургский морской экипаж, а затем – на фрегат «Крейсер», которым руководил легендарный Михаил Лазарев. Строгость и требовательность командира заставляли роптать многих, но только не мичмана Нахимова. Со свойственным ему упорством постигал он морскую науку настолько прилежно, что к нему за советом стали обращаться даже опытные моряки. Авторитет Нахимова возрос после спасения моряка, которого во время шторма порывом ветра выбросило с палубы «Крейсера» за борт. Нахимов первым вызвался спасать «человека за бортом». Команда матросов во главе с молодым мичманом погрузилась на катер и бросилась навстречу стихии. Через секунды на корабле потеряли катер из виду. Их будут искать на протяжении нескольких часов. Решат, что команда погибла. Однако Нахимов сумеет победить стихию и вернет всех моряков на борт.


Дружбу со студенческой скамьи с Михаилом Рейнеке, будущим гидрографом, Павел Степанович пронесет через всю жизнь. В письмах к другу он будет делиться переживаниями, ощущениями от прожитых дней, рассказывать об удачах и досадовать на поражения. В редкие часы общения с семьей и друзьями Павел Степанович обнаруживал такие черты своего характера, как простота, обходительность, желание и умение делиться душевной теплотой. Он проявлял чрезвычайную привязанность к детям. В доказательство достаточно вспомнить его письмо брату Сергею и его супруге Александре, в котором он расспрашивает о своей племяннице: «Здорова ли, весела ли моя несравненная Сашурка? Теперь без меня ни трогать, ни дразнить ее некому…» Далее следует целый ряд не праздных вопросов: начала ли ходить? Говорит ли? Привита ли ей оспа? Проколоты ли уши для сережек? Часто ли ее выпускают гулять? «Знаете ли, - пишет Нахимов, - она более всего занимала меня в моем горестном и болезненном одиночестве. Она создала для меня новый вид наслаждения, с которым я так давно раззнакомился, - мечтать…».
   Фотография столетней давности, где виднеется совсем маленкая, недавно посаженная лиственница. И тут же, выглядывая в окошко, ты видишь огромную, раскидистую лиственницу. Именно ее, уже выросшую.






Нахимову не раз задавали вопрос, почему тот не женится. Он неизменно отшучивался, что все время проводит на корабле, а туда, как известно, женскому полу вход воспрещен. Впрочем, большинство исследователей сходятся на мнении, что была в жизни некая «нигде не высказанная драма», которая оставила Нахимова холостяком до гробовой доски. Возможно, речь идет о его неудачном сватовстве к дочери командующего Архангельского порта – небогатому и незнатному офицеру отказали. Думается, что позже желающих стать адмиральшей было уже предостаточно, однако «потенциальный жених» имел на этот счет, как говорили, «твердо-каменные позиции», замечая, что женатый офицер - не служака. Впрочем, об одном браке Нахимова известно точно – он был «женат» на Черноморском флоте.
   Тоже уникальная фотография, где виден самовар. А вот он перед вами уже в наше время.



«...Морская служба была для Нахимова не важнейшим делом жизни, каким она была, например, для его учителя Лазарева или для его товарищей Корнилова и Истомина, а единственным делом, иначе говоря: никакой жизни, помимо морской службы, он не знал и знать не хотел и просто отказывался признавать для себя возможность существования не на военном корабле или не в военном порту. За недосугом и за слишком большой поглощенностью морскими интересами он забыл влюбиться, забыл жениться».
Е. Тарле. «Нахимов». М., 1948 г.
   На краю села - древнее городище, примерно 9 века, с крепостными валами. действовало вплоть до 17 века как населенный пункт у начала волока торгового пути "из варяг в греки". Автор "Летописи о церкви и приходе села Волочка" Евлампий Маторин называет курганом это место, но все-таки это городище.
   Автор памятных знаков на городище на остатках дома Нахимовых  местный умелец Кузьменков Владимир Александрович.




«В выпуске своем, состоявшем из 58 человек, Рейнеке вышел третьим, а Павел Степанович Нахимов - шестым, так что они по корпусу были товарищи и сохранили дружбу до гроба».
Сергей Крашенинников. «Морской сборник» №6, 1869 год.
«...Я не был покоен, оставшись тебе... должен. Теперь будет мне несколько легче, посылаю тебе...тридцать червонцев, потрудись, милый друг, заплатить Константину Васильевичу и себе».
П. Нахимов - М. Рейнеке, 4.01.1824 г.
«С П. С. Нахимовым был дружен, еще бывши кадетом. Впоследствии судьба нас свела в Архангельске. Это были самые счастливейшие дни моей юности. Время быстро летело в дружеских беседах с ним, в занятиях по службе и приятных развлечениях. Там мы танцевали и пировали в последний раз».
Декабрист М. А. Бестужев, 1.01.1856 г. (Из переписки).
   С кургана видна такая бескрайняя даль, а внизу течет Днепр, совсем еще маленький, юный.




«Вечер провели очень приятно в обществе Керна с женой и сыном. В П.С. я никогда не подозревал способности быть столь любезным с дамами и особенную такую привязанность к детям».
Из письма капитан-лейтенанта М. Коцебу к М. Рейнеке, 8 июня 1854 г.
«Все свое жалованье он передавал одному из своих адъютантов, который и производил все расходы».
«Великая страда», 1904 г. Сост. Н. Николаев.
«Рассмотревши донесения командиров корвета «Пилад» и брига «Паламед» о действии их гребных судов против двух турецких контрабандных судов, нахожу, что главное упущено из виду, а именно: нанесши значительный вред орудиями гребных судов контрабандистам, должно было броситься на абордаж и взять их. Конечно, потеря офицеров и людей могла быть значительнее, но честь и слава остались бы неукоризненны».
Приказ П.С.Нахимова с замечаниями командирам корвета «Пилад» и брига «Паламед», 29 июня 1846 г.
   Наконечник копья, найденный около кургана около Днепра у самой воды.



«Один сочинитель прислал Нахимову хвалебное стихотворение. Нахимов раздраженно прокомментировал: «Если этот господин хотел сделать мне удовольствие, то уж лучше бы прислал несколько сот ведер капусты для матросов».
Отзыв современника. 1855 г.
«...Проживши на белом свете лучшую половину своей жизни, право, пора нам приобрести опытность философического взгляда или, лучше сказать, время найти настоящую точку зрения... В человеческой жизни есть два периода: первый - жить в будущем, второй - в прошлом. Мы с тобой, коснувшись последнего, должны быть гораздо рассудительнее и снисходительнее к тем, кто живет в первом периоде».
«Весьма благодарен за новости. Не странно ли, на юбилей Крузенштерну в такое короткое время собрано до 16 тысяч, а на памятник Казарскому оба флота с трудом пожертвовали 11 тысяч...»
П. Нахимов - М. Рейнеке, 29.01.1839 г.
   В центре Нахимовского.



Поистине трудно что-либо добавить к тому, что сказал о П. С. Нахимове академик Тарле. Действительно, никакой другой жизни, помимо морской службы, адмирал Нахимов демонстративно не знал и не хотел знать. Хотя отметим - ничто человеческое ему не было чуждо. И тому свидетельством - маленький перстенек, украшенный желтыми бриллиантами, который некогда в Севастополе был непременным атрибутом юбилейных музейных экспозиций в честь славного Адмирала. Сейчас он в запасниках - нет, увы, достаточно твердых доказательств принадлежности этой вещи Павлу Степановичу. Впрочем, в июне 1996 г. в газете «Флаг Родины» исследовательница Е. Кигель смутно обронила некое имя - «мисс Эми, младшая дочь адмирала Кодрингтона». Не для нее ли когда-то был приобретен этот перстенек? Биограф П. Нахимова Ю. Давыдов сказал: «Тут какая-то тайна...» И таких тайн в жизни Павла Степановича много. Как и у каждой незаурядной исторической личности...
   Степан Михайлович, отставной майор, отец знаменитого адмирала, по приезде на Смоленщину вступил, до реального раздела, в совместное со своим братом владение селом Волочком и прилегающими деревнями Сычёвского и Бельского уездов. Размещается он в доме Семёна, тут же заводит семью, выбрав в жёны смоленскую дворянку Козловскую Феодосию Ивановну. Именно в волочковском доме родятся старшие братья и сёстры Павла Степановича: Анна 1787 г., Николай 1789 г., Платон 1790 г., Евдокия 1797 г. и зародится флотская династия Нахимовых, давшая с ближайшей роднёй более двух десятков морских офицеров, включая семь адмиралов.





«Имею времени только тебе сказать, что 18 ноября произошло сражение в Синопе. Нахимов с своей эскадрою уничтожил турецкую и взял пашу в плен. Битва славная, выше Чесмы и Наварина... Я с отрядом пароходов пришел вначале и потому был свидетелем великого подвига Черноморского флота. Ура, Нахимов! М. П. Лазарев радуется своему ученику!»
Из письма В. А. Корнилова жене Е. В. Корниловой об уничтожении турецкой эскадры при Синопе 22 ноября 1853 г., Севастополь.
   Такой вид открывается с высокого берега, где стоял господский дом. И ступенки, спускающиеся к берегу озера.








«Слава Богу, в Севастополе есть лицо, которое знает всех и каждого и готовое за всех стать заступником и посредником».
Из рапорта Б. Мансурова, чиновника по особым поручениям Морского министерства, 17.02.1855 г.
«Павел Степанович нес гроб до пристани, откуда мы повезли его на другую сторону бухты на гребных судах. Приятно было видеть, что на похоронах простого лейтенанта присутствует адмирал и не ради того, чтоб выставить себя, а, напротив, из участия к своей семье моряков. Я уверен, что никому так не горько при виде убитого или раненого флотского офицера, как Павлу Степановичу, который душою привязан ко всем нам...»
Из письма П. И. Лесли родным о присутствии П. С. Нахимова на похоронах А. А. Бутакова, погибшего при обороне Севастополя. 18 апреля 1855 г.





«Нахимов постоянно бывал на всех бастионах и часто пробовал пищу солдат и находил, что пища матроса несравненно лучше солдатской; он настаивал, чтобы пищу улучшить, и вследствие этого вышел приказ барона Остен-Сакена по войскам, чтоб от мяса, отпускаемого солдатам, не обрезывать сало для смазки колес, а варить непременно в полном количестве. Вот причина, что войска, можно сказать, обожали Нахимова и что Нахимов имел на них такое магическое действие».
«Кронштадтский вестник» №14, 1885 г.
«Не подлежит сомнению, что Павел Степанович пережить падения Севастополя не желал. Оставшись один из числа сподвижников прежних доблестей флота, он искал смерти и в последнее время стал более чем когда-либо выставлять себя на вышках бастионов, привлекая внимание французских и английских стрелков многочисленной своей свитой и блеском эполет...»
Генерал князь В. И. Васильчиков.
«...П. С. как бы ждет своей смерти, разъезжает под самым убийственным огнем. Недавно матросы без церемоний сняли его с лошади и отнесли в место более безопасное».
Из письма капитана 2 ранга М. Коцебу М. Рейнеке, 12.10.1854 г.





Во вторник, на третий день Пасхи, Рейнеке прогуливаясь по Севастополю, случайно услышал разговор шедших впереди него трех матросов из 41-го экипажа, с 44-пушечного фрегата «Константин». Они говорили, что хотя на эскадре Нахимова и более работы, но и более льгот и веселия. Один матрос сказал: «Он сам, т.е. Нахимов катал яйца с матросами на своем корабле и христосовался со всеми встречными, которых знал лично, не то, что у нас – никто не смотрит на нашего брата; да и качели-то у нас на вантах сделали уже по его милости. Дай Бог ему здравствовать!» В это время другой заметил: «Зато у нас пускают в город, а там нет; гуляй только по пустому берегу». На что первый матрос ему ответил: «Да что ж, …и на пустом берегу там привольнее города: качели, палатки для свидания с женами, никто не мешает, а сам он приезжает посмотреть на веселье нашего брата». Позже Михаил Францевич узнал от повара Нахимова, «что он действительно раздал по 3 яйца на человека и со всеми боцманами и многими лучшими матросами христосовался, а, встречая их на прогулке, бился с ними яйцами».




В начале марта 1855 года, после гибели вице-адмирала В. А. Корнилова, П. С. Нахимов был произведен в адмиралы и назначен временным военным губернатором Севастополя. Под руководством Нахимова возводились оборонительные бастионы и отбивались ожесточенные штурмы города. Чтобы не допустить появления неприятельской эскадры в Севастопольской бухте, адмирал отдал приказ затопить в ней часть русских парусных судов.
   «Нахимов ежедневно обходил оборонительную линию, презирая все опасности. Своим присутствием и примером он возвышал дух не только в моряках, благоговевших перед ним, но и в сухопутных войсках, также скоро понявших, что такое Нахимов. Всегда заботливый к сохранению жизни людей, адмирал не щадил только самого себя. Так, например, во время всей осады он один только всегда носил эполеты, делая это для того, чтобы передать презрение к опасностям всем своим подчиненным», - писал о легендарном адмирале его соратник, генерал-адъютант Э. И. Тотлебен, руководивший всеми инженерными работами во время обороны Севастополя.
   10 июля 1855 года командующий обороной города адмирал Нахимов, как обычно, находился на позициях. Посетив сначала героический 3-й бастион, он отправился на Малахов курган. Несмотря на попытки сопровождавших лиц удержать его, адмирал с подзорной трубой поднялся на возвышенность и начал рассматривать французские позиции.
   Вот как описывает этот факт историк Евгений Тарле в книге «Жизнеописание адмирала Нахимова»:
«Его высокая сутулая фигура в золотых адмиральских эполетах показалась на банкете одинокой, совсем близкой, бросающейся в глаза мишенью прямо перед французской батареей. Керн и адъютант сделали еще последнюю попытку предупредить несчастье и стали убеждать Нахимова хоть пониже нагнуться или зайти к ним за мешки, чтобы смотреть оттуда. Нахимов, не отвечая, стоял совершенно неподвижно и все смотрел в трубу в сторону французов. Просвистела пуля, уже явно прицельная, и ударилась около самого локтя Нахимова в мешок с землей. «Они сегодня довольно метко стреляют», - сказал Нахимов, и в этот момент грянул новый выстрел. Адмирал без единого стона упал на землю, как подкошенный».
   Пуля попала в голову. 12 июля прославленный адмирал скончался, не приходя в сознание. По воспоминаниям очевидцев, во время похорон Нахимова противник не сделал ни одного выстрела.
   Из книги «Жизнеописание адмирала Нахимова»: «Матросы толпились вокруг гроба целые сутки днем и ночью, целуя руки мертвеца, сменяя друг друга, уходя снова на бастионы и возвращаясь к гробу, как только их опять отпускали. Вот письмо одной из сестер милосердия, живо восстанавливающее пред нами переживаемый момент: «Во второй комнате стоял его гроб золотой парчи, вокруг много подушек с орденами, в головах три адмиральских флага сгруппированы, а сам он был покрыт тем простреленным и изорванным флагом, который развевался на его корабле в день Синопской битвы. По загорелым щекам моряков, которые стояли на часах, текли слезы. Да и с тех пор я не видела ни одного моряка, который бы не сказал, что с радостью лег бы за него».
   Вот как описывает похороны Нахимова крымский историк Валерий Дюличев:
«От дома до самой церкви стояли в два ряда защитники Севастополя, взяв ружья в караул. Огромная толпа сопровождала прах героя. Никто не боялся ни вражеской картечи, ни артиллерийского обстрела. Да и не стреляли ни французы, ни англичане. Лазутчики безусловно доложили им, в чем дело.
   В те времена умели ценить отвагу и благородное рвение, хотя бы и со стороны противника.
Грянула военная музыка «полный поход», грянули прощальные салюты пушек, корабли приспустили флаги до середины мачт. И вдруг кто-то заметил: флаги ползут и на кораблях противников! А другой, выхватив подзорную трубу из рук замешкавшегося матроса, увидел: офицеры-англичане, сбившись в кучу на палубе, сняли фуражки, склонили головы…»
   «Со смертью его все защитники Севастополя - от генерала до солдата - почувствовали, что не стало человека, при котором падение Севастополя было почти немыслимо», - напишет впоследствии Тотлебен.
   Через два месяца после гибели Нахимова, после очередного штурма города неприятелем, сменивший Меншикова в должности командующего русской армией в Крыму князь М. Д. Горчаков приказал оставить Севастополь. Крымская война была Россией проиграна.
   Сто лет назад с северной стороны села была посажена еловая аллея. Была посажена в 1912 году в честь героев войны с Наполеоном (к 100-летию). А в 2012 году жители села совместно с лесхозом посадили ещё аллею в честь Н.М. Нахимова- героя партизанского движения войны 1812 г. Его имя внесено в список героев этой войны в Храме Христа Спасителя в Москве.





Мы уезжали из Нахимовского. И этот день навсегда с нами. Всем причастным к этому дню низкий поклон!





Tags: Нахимовское, Смоленщина, Холм-Жирковский, адмирал Нахимов, история, память
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments